noi2320na Коронавирус изнутри: как я заразился модной болезнью

Журналист информационного агентства Волгоград News перенес коронавирус. Со всеми его стадиями: отсутствие запахов, паника, запись к врачу, дефицит лекарств в аптеке, тест на вирус в платной клинике. И сделал вывод: местное здравоохранение в состоянии кризиса, а многие волгоградцы, инфицированные вирусом, предоставлены сами себе. Может ли в такой ситуации наблюдаться рост заболеваемости? Не исключено.

читайте также

Организм человека порой ведет себя странным образом. Заразиться COVID-19 я мог еще в сентябре, когда был тесный контакт с человеком, у которого диагностировали коронавирус. Но по странному стечению обстоятельств, как бы я к себе не прислушивался, и как часто не измерял температуру тела, ничего не произошло. 36,6 и отличное самочувствие не предвещали спада энергии и радовали надеждой в иммунную защиту, коей на планете обладает лишь, по заявлениям ученых, небольшой процент людей. Но спустя месяц вирус все-таки «догнал».

Где это могло произойти – в кафе, где проходила деловая встреча, хотя в заведении соблюдались меры дистанционного обслуживания и деловой партнер тщательно тер руки спиртом и не снимал маску с лица. Или в этот же день, когда пришлось общественным транспортом добираться в Волжский. Спустя 4 дня организм дал первый сбой. Появилась слабость и первые симптомы «желания заболеть». Нос был заложен, но при этом из него ничего не текло. Первая мысль, которая возникла в голове: «коронавирус! Вот оно! Случилось! Что меня ждет? Пневмония? Больница? ИВЛ? Смерть?» Паника нарастала быстро, и тому сопутствовал самый главный фактор – внезапно пропали запахи. Дома у входной двери стоит спиртовой спрей. Заходя с улицы все домочадцы непременно используют его, брызгая на руки и салфетки, чтобы сразу протереть мобильный телефон и другие принесенные с собой с улицы предметы. И вдруг….У спиртового спрея, который наполнял помещение характерным пьянящим в буквальном смысле ароматом, пропал запах. Совсем.

Тут же выяснилось, что пахнуть перестал не только спирт, но другие ароматные субстанции – духи, кофе и даже уксус. Паника продолжала нарастать, потому что к потере обоняния добавился еще один фактор, делающий человека разумным существом – вкусы. Свежий борщ, яблоки, маринованные огурцы, селедка, мягкая сдобная булочка – все приобрело одинаковый вкус, а точнее – безвкусие. Впечатление поедания соломы быстро отбило желание употреблять пищу вообще. Дикая слабость уложила на диван и не позволяла поднять головы от подушки. А впереди – два долгих выходных дня. Утешала мысль: если поднимется температура, то можно хотя бы обратиться в скорую помощь.

Но температура держалась на отметке 36,4, а тем временем всякие мысли и дурные предчувствия не покидали разум. Затуманенное слабостью сознание с трудом воспроизводило в голове алгоритм действий: кому звонить, куда идти, что принимать внутрь или наружно. Несмотря на то, что доводилось ежедневно работать с официальными документами и научными релизами, где давались рекомендации и заключения о протекании COVID-19 и его последствиях, о том, как распознать вирус и отличить его от гриппа – полная растерянность и слабость отключили эти пункты в голове и не давали память занять важное место для того, чтобы собраться и принять меры. Звонок в скорую помощь ничего не дал. «Вы температурите?», - спросили у меня на том конце провода. Отвечаю – «Нет». «Ну тогда вам к участковому терапевту в понедельник не откладывая, а нам звоните, когда будет 39,5».

Оба выходных дня прошли в страхе перед последствиями болезни и в обнимку с термометром, который мог показать те самые 39,5, но почему-то упорно держал показатель 36,4. На следующий день добавился новый симптом – сильное головокружение. Мутило и крутило в голове 12 часов без остановки, и приоткрыв глаза, сложно было понять, какие предметы где находятся, потому что комнату качало из стороны в сторону, как каюту корабля при сильном шторме. Помогало обильное питье –вода с лимоном и витамин С – аптечное драже. Ни о каком приеме пищи и речи быть не могло, ароматы и вкусы по-прежнему отсутствовали. День третий прошел в ожидании приема врача. Поскольку температуры не было и на дом вызывать врача в таком случае смысла нет, пришлось идти в поликлинику. Ожидание приема растянулось больше чем на 4 часа. По советам наученных интернет-опытом знакомых, своего счастливого часа пришлось ожидать стоя. А чтобы кровь «не застаивалась, ибо чревато тромбозом»! Шагать по коридору поликлиники на протяжении 4 часов скучно. Зато можно услышать обрывки разговоров пациентов. Оказывается, большинство людей пришли закрыть больничный лист. Симптомы? Нет запахов и вкусов, невысокая температура несколько дней, слабый кашель, который держался не больше 2-3 дней. Коронавирус? Да. Платные тесты в клиниках подтвердили. Нужно ли говорить об этом врачу? Вовсе нет. Надо закрывать больничный и быстрее выходить на работу: семью кормить, да и новый год не за горами, некогда болеть…

Из этого можно сделать вывод, что часть заболевших не только не афиширует своего диагноза, но и распространяет инфекцию на уровне «слабосимптомных носителей». Ожидавшие приема к врачу пациенты использовали свои медицинские маски, как носовые платки –вытирали им носы, руки и даже стулья, на которые присаживались. Очередь двигалась крайне медленно. В кабинет постоянно «ныряли» те, кому «только спросить» и те, кто приходил по записи и беспардонно раздвигая толпу, заходил в дверь без стука, но с громким возгласом: «А теперь моя очередь!»

Когда пришел мой черед заходить в кабинет, появилось впечатление полного выздоровления. А еще - много вопросов к тем, кто организует прием, осмотр и лечение волгоградцев, заболевших коронавирусом. Толпа смешала в себе пенсионеров с «хондрозом и давлением», молодых людей, закрывающих бюллетень, переминающихся с ноги на ногу «ковидников» со смутным чувством тревоги на лице и тех, кто мог быть явным носителем опасной болезни, вслух гордящихся пропажей обоняния. Никаких дистанций друг от друга, никаких дезинфекций – за 4 часа на этаже ни разу не помыли полы, никаких устройств с дезинфицирующими растворами для рук или других обеззараживающих приспособлений в поликлинике замечено не было. Коридор медучреждения напоминал собой вагон, в котором всех подряд везли в ссылку. Место высадки для всех одно, но разбираться, кто прав, а кто виноват – в дороге никто не станет.

Но самое интересное началось в кабинете у врача. Первым делом на палец надевают «прищепку» - измерять сатурацию. И пока молодая женщина в белом халате, с всклокоченной прической и медицинской маской где-то подмышкой – участковый терапевт, что-то строчила в медкарте, бубню ей про свои симптомы и опасения, что, скорее всего во мне обитает коронавирус. Врач внезапно прервала это откровение души восклицанием: «Сатурация 100! Что вы тут забыли с такими-то показателями! Сюда больные люди приходят, с высокой температурой, с осложнениями в виде пневмонии, с кашлем! А вы что тут делаете?» После таких слов ощущаешь себя непрошенном гостем на чужом балу. Подавляя чувство стыда за то, что отнимаю от измотанного пациентами доктора лишнее время, снова говорю о слабости, потери обоняния и заложенности носа, а в это время холодный стетоскоп шлепал по спине и груди, выявляя хрипы, которых не было. Врач сердилась, и пациент тоже – первая за то, что вынуждена работать на износ, замещая заболевшего коллегу, а второй – за 4 часа в очереди и, наверное, за беспочвенные беспокойства по поводу самочувствия. На вопрос о тесте на вирус врач ответила: «Не положено. Вам вообще ничего не положено с такой-то сатурацией. Тесты на всю поликлинику - 20 в сутки. Для пожилых и беременных. И для тяжелых случаев. Вы ни подо что не подходите. Направление на флюорографию? Ну, раз вы так настаиваете, то конечно, выпишу. Рецепт на антибиотики на случай, если поднимется температура? Хорошо, и его выпишу. Принимать ли парацетамол, если будет высокая температура? Ну что же, примите, хуже не станет…»

Пока выпытываю у врача возможные методы лечения своего «мнимого вируса», в кабинет вваливается пара – мужчина и женщина. Вваливается в буквальном смысле, потому что у мужчины одышка, жар, он еле стоит на ногах, и женщина, судя по всему, супруга, поддерживает его, чтобы он не упал. Мужчине тут же дают «прищепку» на палец. Через несколько секунд устройство показывает на табло 68 единиц. Врач охает и тут же прикрепляет прибор на палец другой руки. На табло – 98. «Ну вот! - говорит терапевт, - а вы испугались! Я же говорила –вам на КТ и в больницу надо, зачем вы опять ко мне пришли? В скорую звоните, в скорую, и пусть его забирают срочно в стационар!»

После визита к врачу, который окончательно разочаровал и дал понять – спасение пациентов – дело самих пациентов, пытаюсь пробиться в аптеке к провизору, чтобы узнать, есть ли в наличии парацетамол. В спину шипят проклятия «без очереди» и угрозы «выгнать из апетки». Парацетамола нет. И не будет. И когда появится –не известно. Как и антибиотика, выписанного в рецепте. Как и витамина С в каком-либо виде. Как и других лекарств, которые требовали люди в очереди, желая запастись впрок. На следующий день мной был сдан тест в платной городской клинике. Вечером мне сообщили результат – положительный. Через три дня вернулся вкус пищи. Еще через три дня – обоняние. Температуры не было. Кашля и других проявлений опасного вируса – тоже. Но впереди были 2 недели изоляции от общества и осмысление ситуации, в которой оказались люди. Никто не готов к встрече с вирусом – ни пациенты, ни врачи.

Здравоохранение Волгоградской области показало все свои проблемные места, разрушая все прошлые заслуги. COVID-19 оказался сильнее властных структур, долгие годы закрывавших глаза на проблемы в области медицины, и сегодня они обнажились, доказывая свои доминирующие приоритеты. До одури пугает и настораживает равнодушие тех самых бессимптомных носителей, которые способны заразить здоровых, принести горе и страдания в чужие семьи. Пугает отношение врачей к пациентам, которые не знают, как и чем лечить, ориентируясь только на прибор, определяющий уровень кислорода в крови. Пугает отсутствие жизненно важных лекарств. И самое главное – пугает страх перед будущим: когда же это все закончится?

По данным Роспотребнадзора по Волгоградской области за минувшие сутки в регионе диагноз подтвердился у 229 человек. Таким образом, в регионе зарегистрировано 25484 случая заболевания COVID-19. Зафиксировано 5 летальных исходов. COVID-19 продолжает набирать обороты.